Религия 21-го века: вымысел на экране

Когда читаешь хорошую книгу, то невольно представляешь себя в роли главного героя, поглощаешь его образ и модель поведения. Собственно, в этом вся суть чтения: взглянуть на мир глазами героя и абстрагироваться от того мира, который ты сам же создал и в котором живешь. Такая книга – это отдельный мир, и когда ты заканчиваешь читать, ты становишься богаче на целый мир, снижая уровень стереотипности своего мышления. Та же ситуация с хорошим кино. Но…

Вы никогда не задумывались, почему в моду вошли комиксы с супергероями и голливудские фильмы? По-моему, так современный мир просто помешался на красивой картинке…

Религия 21-го века: вымысел на экране

Мы есть то, что мы едим…

В психологии есть такое понятие, как «инкорпорирование», — это архаичная форма обладания какой-либо вещью, которая символически подтверждается тем, что мы, к примеру, съедаем или выпиваем ее. Древние люди, вкушая плоть тотемных животных, верили, что силы и свойства этих животных передаются им самим через эту плоть и кровь.

В христианском мире схожий обряд также имеет место, только здесь он называется «причащением». И вот что интересно: Иисус, обращаясь к своим ученикам, говорит, что хлеб есть тело его, а вино – кровь его. Таким образом, через символический обряд причащения осуществляется единение человека с Богом. Разница – в объекте отождествления.

Супермен

Таким образом, сам объект, который мы поглощаем, может отвечать за уровень нашего развития. Невольно вспоминается выражение: «Скажи мне, что ты ешь, — и я скажу тебе, кто ты». Смысл этой фразы, похоже, может быть более глубже, чем предполагалось.

Конечно же, как вы могли догадаться, объектом инкорпорирования не обязательно должен быть физический объект.

Хотя символизм в определенном роде обязательно должен присутствовать. Но с расширением человеческого сознания он обретает всё более сложные формы. Есть ли место для инкорпорирования в современном мире? Если мы найдем ответ на этот вопрос, мы сможем с уверенностью определить «религию 21-го века».

Чип и Дейл спешат на помощь

А ответ лежит на поверхности. Достаточно взглянуть на то, чем питается современный мир. И опять возвратимся к тому разнообразию, а, может быть, скудности, которую нам предлагает киноиндустрия. Здесь я имею ввиду типичные массовые блокбастеры, рассчитанные на среднестатистического обывателя, — тот продукт, который бьет рекорды по кассовым сборам.

Возникает легкое ощущение того, что мы возвращаемся в своем развитии на несколько веков назад. Добро и зло, которых нет в природе, снова ярко оживают перед нами в тех символах, которые до невозможности упрощают сущность человеческого бытия. Такая определенность дает силу и решительность, ведь весь мир словно распадается на «черное» и «белое», не давая возможности существованию смешанных чувств. С человека словно спадают оковы, ведь теперь он может свободно ориентироваться в «двоичной системе координат». Но на самом деле он лишает себя свободы, отдав ее своему «тотему». Кстати, пару слов о свободе…

Когда человек осознал себя существом, отдельным от окружающего мира, с него впервые спали какие-то оковы. Но не успел он и оглянуться, как тут же обнаружил на себе другие, а ведь раньше он и тех не замечал… Свобода имеет две стороны медали: с одной стороны, она дает нам возможность развиваться и познавать мир, а с другой, — нагнетает на нас страх перед окружающим миром, которому мы больше не принадлежим.

Склонность к инкорпорированию может быть безуспешной попыткой избавиться от этого страха, осознав вдруг себя причастным к чему-то большему, чем просто «Я». У Фрейда этот поглощенный образ соответствует его термину «Сверх-Я». Но пути назад просто не существует. Осознание ответственности за свою жизнь есть первый шаг на пути к избавлению от иллюзий.

И вот какие выводы по этому поводу можно сделать:
1. Склонность человека к упрощению является следствием непосильной тяжести свободы, к которой человек еще не привык. Пока это так, он будет оставаться ребенком в плане собственного развития.
2. Поглощая нечто более простое и красочное, чем наша жизнь, мы находим то, чего нам так не хватает: воображаемую свободу и определенность.
3. Человек чувствует бессилие перед лицом той системы общества, которую создал. В ней он всего лишь мелкая частичка огромного потребительского механизма – и не более. Не желая это принимать, он ищет забвение в красках предлагаемых шедевров со спецэффектами.